Двадцать одно

Спасибо сценаристам – нравоучительный риф обнаруживает себя только к финалу двухчасового путешествия, остальное время успешно работающего под вольный ремейк «Казино» и этаких «Племянников Оушена». Зачин у ленты вполне авантюрный: десант из рутинного небытия в неоновую ночь игорной столицы, сложная система тайных знаков, игра на повышение-понижение, шампанское по триста сотенных за бутылку и прочие прелести шпионской жизни. Новоявленные шулера в законе явно чувствуют себя за сукном какого-нибудь «Казино Рояль», воображая то разорение вражеской казны, то поучение очередного Вилли Бэнка. Процесс ладится и сопровождается весельем ровно до тех пор, пока Лукетич не спохватывается, что снимает вовсе не развлекательный экшн «Наши в Вегасе».

Закадровый монолог немедленно приобретает серьезность, герои начинают совершать нелепые ошибки, а миляга профессор из свойского парня превращается в воротилу с повадками мелкого сутенера.

Интонационный крен, как ни странно, впечатления от фильма совсем не портит – да бог с ними, с Оушенами, если режиссер решил вдруг раскрыть подноготную азартного бизнеса теми же приемами, что в «Казино» у Скорсезе, но с точки зрения находящегося по другую сторону баррикад. Сыгравшему угрюмого начальника безопасности Фишберну и впрямь пора менять поистаскавшуюся шкурку Морфеуса на эффектный наряд жестокого ганста – эффект был бы сногсшибательным. Актер блестяще выпускает на волю внутреннего отморозка в стиле Джо Пеши, с садистским удовольствием поучая зарвавшихся студентиков.

И в тот момент, когда история начинает казаться одной из знаковых криминальных драм, Лукетич снова меняет тактику, возвращаясь к проблемам кампуса, юношеским поискам себя и выводу, что для серьезного молодого человека роботы все же важнее карт. Не сказать, что мораль «не в деньгах счастье» сегодня не актуальна – напротив, однако послевкусие от несостоявшегося прорыва все-таки остается. Как ни крути, молодежных драм ежегодно выпускается с избытком, а вот крепко сколоченных криминальных маловато. У Лукетича были все шансы обессмертиться, но австралийца, похоже, совсем не тяготит ярлык «от режиссера “Блондинки…”».